Теория материальных фактов Гудхарта

Теория материальных фактов Гудхарта делает акцент на значении описанных фактов, сравнение которых является для последующего суда основой для установления ratio decidendi (holding, как его называют в США).

Теоретические обоснования прецедентов

В конце прошлого века была выдвинута одна из самых значительных позиций, обосновывающих разделение ratio decidenni и obiter dictum. Автором концепции явился И. Уэмбо. Он предложил силлогизм, где главными предпосылками являются, во-первых, ratio decidendi, и, во-вторых — фактически имеющееся конкретное разбирательство, а итоговым заключением становится вердикт по делу.

Если поменять содержание и суть предполагаемого ratio, то с большей долей вероятности изменится и вердикт. Поскольку изменение формулировки не приводит к иному решению, то эта составляющая есть obiter dictum.

Как отметил английский исследователь Р. Кросс, необходимо очень внимательно строить допускаемое правоположение, область применения такого метода ограничена делами с единственным спорным вопросом, что во многих случаях лишает его ценности как способа выявления и определения ratio decidendi прецедента. “Однако его можно использовать для установления того, что не является ratio decidendi”, – пишет он.

Прецедент: мнения и факты

Современные авторы по-разному оценивают данное положение. Дж. Раз считает, что важны не факты, а обоснование, которым суд оправдывает свое решение. Именно к нему следует обращаться при определении ratio decidendi.

Н. Маккормик рассматривает ratio decidendi как постановление, прямо или косвенно имеющееся в аргументации. Как считают реалисты, ratio толкуется судом на основании фактов. Какие факты принимать во внимание, как выделить ratio decidendi, и что он собой будет представлять — все это определяется судом.

Рекомендуем!  Суждения о статусе права

Практика показывает условность данных понятий. То, что однажды было истолковано как obiter dictum, в дальнейшем может стать ratio decidendi.

Классическим примером является известное дело Donoghue v. Stevenson (1932). Истица с подругой зашла в кафе, где заказала бутылку имбирного пива. Когда пиво было выпито, то на дне бутылки была обнаружена разложившаяся улитка, заметить которую из-за темного стекла бутылки не представлялось возможным. У женщины был нервный шок, в результате употребления некачественного пива она также заболела гастроэнтеритом.

По действующему на тот период времени прецедентному праву интересы потребителя не были защищены. Он не мог предъявить претензии ни к продавцу, ни к непосредственному изготовителю.

Однако палата лордов признала, что не обязана следовать положениям предшествующих прецедентов, поскольку они содержались в obiter dictum и не имеют юридической силы. Позиция палаты лордов была выражена во мнении лорда Актина о том, что поставщик (завод имбирного пива) обязан заботиться о непосредственном потребителе и нести ответственность за свою небрежность (принцип заботы о соседе). Мнение лорда Аткина относилось к rauo decidendi и стало судебным Прецедентом.

Предшествующие решения как основа судебного делопроизводства

Множество судебных решений предоставляет юристам возможность выбора прецедента, подходящего к конкретному делу. Выбор делается на основании сравнения основных фактов изучаемого дела, и производства, по которому был установлен прецедент.

В связи с тем, что полное совпадение фактов практически исключается, судья выбирает из нескольких подходящих к моменту прецедентов. Помимо этого, адвокаты также вносят свои предложения о том, на основании какого из предыдущих решений суда должно быть рассмотрено дело.

Процесс определения прецедента весьма субъективен, так как во многом зависит от того, как судьи определяют факты, находящиеся в основе двух дел.